Просмотр сообщений

В этом разделе можно просмотреть все сообщения, сделанные этим пользователем.


Темы - Тымф

Страницы: [1] 2 3 ... 60
1
Вчерась прикупил вот такую милую баночку, обнаружив на дне клеймо со знакомой фамилией. У нас как-то традиционно даже фарфор-фаянс не на первом месте, так что информацию и клеймо гончарного производства оставляю "на полях", больше в плане "недальнего" краеведения. Баночка ладная, сам бы в такой на кухне что-нибудь хранил. Высота -13,3 см, диаметр - 5,8 см.

" Первым на Большом острове расположился купец второй гильдии М.С. Зайцевский. В 1854 году он основал завод гончарных изделий, который оборудовал двумя горнами для обжига, мельницей для размола глазури и печью для её плавки, также здесь располагалась круглая печь для варки глины и две четырехугольные печи. Завод успешно выпускал продукцию, спустя 15 лет на предприятии работало уже 40 мастеров. Ассортимент изделий расширялся, наряду с выпуском традиционной посуды здесь производили до полумиллиона огнеупорных кирпичей в год, которые желали купить не только отечественные, но и зарубежные компании. В 1884 году в Боровичах состоялась сельскохозяйственная выставка, на которой Зайцевский получил почётный диплом "за изящные предметы из терракоты и хорошую посуду из огнеупорной глины".

Можно сказать, что работа завода прекратилась одновременно со смертью владельца, так как вдова привыкла жить в Санкт-Петербурге, мало интересовалась производством и не смогла удержать его на плаву. Завод уступал конкурентам и в 1905 году был вынужден прекратить свое существование". Источник.

2
Больше десяти лет назад на Стеклубе были выставлены несколько "групповых" фоток штофиков и осколков, "10 целых и 25 битых (определили по горлышкам)", из Новосибирска (скрины прилагаются).

3
История стекольной фабрики при озере Пустынном купцов Палаумовых

Данное исследование посвящено истории одной из четырёх стекольных фабрик династии купцов Палаумовых, которая находилось при озере Пустынном Тебенятской волости Курганского уезда Тобольской губернии. В настоящее время научные работы по данной теме отсутствуют.

В 1802 г. тобольский купец Иван Алексеев Палаумов купил за 100 рублей стекольную фабрику у государственного крестьянина Филипа Лазарева Соболева, которая была расположена "над озером" Пустынным Тебенятской волости Курганского уезда Тобольской губернии [3, оп.1, д.89, л.54]. Сама фабрика была основана в 80–90-х гг. XVIII в. крестьянином Семёном Москвиным, который, не выдержав конкурентной борьбы, продал её в 1800 г. Филипу Соболеву. Однако последний был вынужден продать фабрику "за неоплатный долг" [10, с. 94, 101]. Как следствие, в распоряжении
И. Палаумова оказалось деревянное строение "в длину десяти и в ширину восьми сажень" (около 300 м2) без инструментов и "состоящий при оной дом со всеми принадлежащими оному деревянного строения пристройками" [3, оп.1, д.89, л.54]. Исследователь А.А. Зырянов в статье "Графин колодника. К истории стекловарения в крае" пишет, что фабрику продали по причине ухода высококвалифицированных гончаров к другим предпринимателям, так как для стеклоделия требовались качественные огнеупорные материалы для печей и стекловаренных горшков, а из-за некачественных материалов происходили частые аварии [9, с. 175].

К сожалению, в ведомостях о фабриках и заводах за 1807 г. отсутствуют какие-либо подробности о фабрике. Правда, в документах указано, что ведомость была предоставлена [7, оп.13, д.179, л.100]. Аналогичная ситуация и с ведомостями за 1809–1810 гг. [7, оп.13, д.376, л.59] и за 1812 г. [7, оп.13, д.546, л.1-150об.], которые, по всей видимости, просто не сохранились. Однако в "Ведомостях о мануфактурах в России за 1812 год" имеются данные о количестве произведённых стеклянных изделий. Так, в 1812 г. было произведено 42.883 шт. стеклянных изделий, но продано было лишь 30.114 шт. На фабрике имелось 13 печей. В производственном процессе было задействовано 12 вольнонаёмных людей. Ассортимент изделий в ведомости не указан [1, с. 161]. Далее, согласно "Ведомости о мануфактурах в России за 1813 и 1814 год", происходит спад производства. В 1814 г. было произведено 24.974 шт. стекольной продукции, количество работников сократилось до 11, и указано лишь 2 печи. При этом появляются подробности об ассортименте: на фабрике было произведено 13.964 штофов и 11.010 полуштофов [2, с. 420]. По всей видимости, И. Палаумов испытывал затруднения со сбытом своей продукции. Также стоит упомянуть, что в ведомостях отсутствует информация о регионах сбыта продукции.

К 1819 г. фабрика переходит в управление к сыну Палаумова – тобольскому мещанину Александру. В 1819 г. было произведено стеклянных изделий зелёного цвета общим количеством 33.352 шт. (см. таблицу 1). К сожалению, в ведомости не конкретизирован сбыт продукции по городам, а указаны только губернии. Речь идёт о Тобольской, Пермской и Оренбургской губерниях. На фабрике задействовано: 4 мастеровых, 1 ученик, 4 чернорабочих. При фабрике имелся "дом с принадлежащими 5-ти избами" для "житья мастеровых и работных". На фабрике имелось 2 горна и печей: "холодильных" 6, для подсушки дров и обжигания стекла 4. Закуплено различного сырья: "дров разного сорта" - 520 сажень, "подзолков осиновой золы» - 1300 пудов, "пеплу соломенного" 780 кадей, "пеепу" ((?) "песку" или "пеплу", описка, по-видимому - примечание Тымфа) - 400 пудов. Всё покупается на месте фабрики [7, оп.13, д.714, л.6об.-7].

В архивном деле "По предложению Г. Гражданского Губернатора, о доставлении к нему сведений о мануфактурной промышленности и проч.
за 1823, 1824, и 1825" не содержится никаких сведений о фабрике. В журнале тобольского губернского правления от 23 сентября 1826 г. имеется такая запись:"Курганский земский суд (здесь смысловая лакуна, возможно, пропущен фрагмент текста - примечание Тымфа), что в выписке, представленной при донесении в губернское правление не показано в числе прочих заведений за 1824 и 1825 годы стеклянных мещанина Александра Палаумова…" [7, оп.2, д.88, л.1-201, 200]. В связи с этим не совсем ясно, действовала ли фабрика с 1823 по 1825 гг., или Палаумов просто предпочёл не информировать Тобольское губернское правление. В 1827 г. фабрика была реконструирована [11, с. 94].

4
С Днём Рождения, Юрий! С Юбилеем!!! Здоровья, удачи и благополучия! Да пополнится коллекция и да расширятся знания твои!  :dr_ink:  ;)  :happybirthday



 :happybirthday :happybirthday :dr_ink: :happybirthday :169 :happybirthday :dr_ink: :happybirthday :happybirthday

5
С Рождеством Христовым!

6
С Днём Рождения, Андрей! Здоровья, удачи, благополучия, волнующих находок и пополнений коллекции!  :dr_ink:  ;)


  :happybirthday  :dr_ink: :happybirthday :dr_ink: :169 :dr_ink: :happybirthday :dr_ink: :happybirthday

7
С Днём Рождения, Женя, мой "неприлично" молодой и неприлично везучий напарник по пригоркам! Здоровья, удачи и благополучия, и пусть твоя удача соревнуется только с твоим же везением!  :dr_ink:  ;)




 :happybirthday :dr_ink: :happybirthday :dr_ink: :happybirthday :169 :happybirthday :dr_ink: :happybirthday :dr_ink: :happybirthday

8
Сразу же отмечу, что фото определяемого клейма-оттиска достаточно мелкое, других экземпляров для проверки и сопоставления пока нет. При первом обсуждении считалось, что надпись - "Ступина Н.Г.А.У., 1862". Однако количество перекладин в написании фамилии заставило применить увеличение, которое обнаружило, что в реальности там "Ступин М.". То же увеличение не обнаруживает перекладины в предполагаемой букве "А", но по клейму-оттиску со столь низким рельефом букв можно предположить всякое.

Вышеизложенное поясняет слово "версия" в названии топика. Неопределённости две - принадлежность заводу в Лукояновском или Ардатовском уезде (как мне видится по фото - в Лукояновском) и имя владельца.

Я полагаю, что это Митрофан, но, чисто теоретически, на каком-то отрезке времени, может быть, и Михаил. Оба - дети Ивана Алексеевича Ступина, в силу этого - Потомственные Почётные Граждане. Владели, насколько мне известно по цитировавшимся на ЛСТ источникам, стекольным и фаянсовым заводами в Ардатовском уезде. Возможно, совместно владели и заводом в Лукояновском уезде, но точных сведений об этом пока не имею. Митрофану, насколько можно судить по краеведческим публикациям, перешёл по наследству дом в Арзамасе, а также он постоянно был в "пуле" владельцев семейных заводов. Напомню цитату из книги "Марки русского фарфора, фаянса и майолики, полный энциклопедический справочник" Татьяны Карякиной:"После его (Ивана Ступина) смерти завод перешёл к его сыновьям: сначала Гавриилу и Митрофану, а потом Митрофану и Михайлу".

В краеведческой и энциклопедической литературе видим, таким образом двойственность, а в чуть более поздней по отношению к датировке определяемого клейма-оттиска статистике РИ полное имя (впрочем, сокращённое до "Mitr.") встречал только у Лобмейра (1874 год по данным 1873-го). Поэтому могу только предполагать, пусть и с существенными основаниями, что "М" на клейме-оттиске означает "Митрофан". Нам известны случаи, когда формально одни родственники арендовали принадлежавший семье завод у других (например, после смерти Флорентия Александровича его сын арендовал у матери завод Куровых в Твери и т.д.). Так что, даже зная о вступлении, со временем, в единоличное владение заводами Митрофана Ивановича Ступина, должен допустить, помимо известного совладения с ним (не имею данных, как оно было формально закреплено), временное владение Михаилом или некую арендную схему.

За появившимся в статистике РИ приблизительно с 1867 года М.И. Ступиным указывается только завод в Ардатовском уезде, производящий неосветлённое листовое стекло. Конечно, завод в Лукояновском уезде в его владении мог не упоминаться из-за малого объёма производства или временного бездействия. Но затем завод в этом уезде несколько раз мелькает в статистике РИ (действительно, со скромными цифрами) с другим владельцем (Мессингом) и листовым стеклом и питейной посудой в профиле производства. Годом основания указан 1844, далеко за пределами начала владения Мессингом. Если это не скрывавшийся от всех и вся неизвестный владельческий завод Лукояновского уезда (а я так не думаю), то это проданный Мессингу завод Ступиных. И весьма вероятно, что характер его производства и до продажи был таким же. Понятно, что и на заводе, производящем, по данным статистики N-ного года, листовое стекло, могли изготовлять в какое-то время и питейную посуду, как в прежние времена. Пока самое позднее клеймо завода в Ардатовском уезде датируется 1860 годом. По данным на 1873 год, кстати, этот завод находился в аренде у некоего Самсонова.

Работа над устранением неясностей в определении этого клейма-оттиска и исследование дальнейшей истории стекольных заводов, основанных Ступиными, будет продолжена. Очень надеюсь на поступление новых экземпляров и разновидов аналогичных клейм-оттисков М. Ступина.


З.Ы. Походу, осознал, что 1862 год - это ещё до смерти Ивана Ступина, и, если я правильно интерпретирую надписи на клейме-оттиске, то это свидетельствует о вступлении сына (сыновей) в семейное дело ещё при его жизни. Как писал выше, предполагаю, что это Митрофан, но недостаток информации оставляет шанс и для Михаила.

9
В.Г.М.У. З.Д.Б.К., версия - Влвдимирской Губернии Меленковского Уезда Завод Дубенский Братьев Крашенинниковых.

Кроме папки "Работа над ошибками" есть у меня ещё одна, с забавным названием "Что-то не так". Увы, обе-две  из разряда "Эхъ, полным полна моя коробушка...". Вот перед вчерашними сутками решил загрузиться данными из второй папки о сабжевом клейме и подумать о нём на досуге.

Что не так, на мой взгляд, в клейме В.Г.М.У. З.Д.Б.К., повсеместно причисляемом к Костеревым? То, что Муромский уезд заводы редко баловали собой, а в Меленковском заводов Костерева/Костеревой с сыновьями/Костеревых, насколько мне известно, не было. Для начала несколько фото клейма, о котором речь. Сначала фото cche, похоже, одной и той же бутылки 1869 года, до и после помывки.

10
Клеймо-оттиск, версию определения которого публикую, несколько раз выставлялось на торговых площадках продавцами из Перми. Тот экземпляр, фото которого прилагаю к посту, с водяным знаком продавца, тоже из Перми. Происхождение экземпляра Сергея Попкова мне неизвестно. Понимаю, что материала недостаточно, весь он датирован 1822 годом, и надеюсь, что публикация версии его как раз и добавит.

В том же "Хозяйственном описании Пермской губернии, сообразно начертанию Вольного Экономического Общества сочинённом в 1802 и 1803 году" Н. Попова, в первой его части, в самом конце, следом за статьёй о Юмышевском заводе опубликована и краткая заметка о "Стекольном Камышловского уезда заводе" (скрин прилагается).

11
Цитирую из топика ШколКанцПрома:"... Упор на школьные письменные принадлежности возник после постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) "О школьных письменных принадлежностях" 1935 года. Был создан Трест Школьных письменных принадлежностей".

Усталый этикет на флаконе с остатками зелёной туши с Ревью принадлежит продукции как раз этого Треста. Завезут ли целый, не знаю, пусть пока этот полежит здесь.

13
Пробка с Ревью; забавно, что в справочнике "Вся Россия" 1895 года водочный завод по ошибке поместили в "Торгово-промышленных предприятиях", а не в "Фабриках и заводах".

14
Аптека РИ / Parke-Davis and Company
« : 10 Декабрь 2021, 02:46:18 »
Этикеты флаконов, предоставленных питерскими чердачниками, обнаруживают название "Parke, Davis and Company", но я воспользуюсь тем, которое нам предлагает краткая история компании.

Несмотря на некоторые утраты, ясно, что оба флакона содержат тот же препарат - "Глицерофосфорнокислые натръ и кальцiй с нуклеиномъ", 100 таблеток в сахарной оболочке. Просто один этикет преимущественно на русском, второй - на английском. Разницу в датировке помогает понять то, что внизу русского варианта под PARKE, DAVIS & CO можно разобрать LONDON, DETROIT, СПБ, а английского - LONDON - ПТГ - DETROIT, где ПТГ, полагаю - Петроград.

Таким образом, очевидно, что у Parke, Davis and Company имелся филиал и в РИ, в Санкт-Петербурге (позже, Петрограде). Ещё интереснее, что, благодаря внимательному изучению этикета, к многочисленным примерам сотрудничества Parke-Davis с учёными из разных стран, можно добавить сотрудничество с Николаем Владимировичем Экком из Российской Империи. (Rp. Dr. N.W. Eck) в русской версии выглядит, как (Формула Д-ра Н.В. Экка, СПБ) и ясно даёт понять, что Николай Владимирович Экк, всемирно известный хирург, физиолог и санитарный врач, настолько проявил себя в области фармацевтики, что получил предложение о сотрудничестве от "крупнейшего в мире концерна по производству фармацевтической продукции" по ситуации на 1904 год. Впрочем, едва ли это должно удивлять. В приведённой по ссылке выше краткой биографии Н.В. Экка можно прочесть высказывание профессора Императорской Военно-медицинской академии Н.Я. Чистовича, хорошо знавшего Николая Владимировича:"В каждой области медицины, за которую он принимался, он вносил что-нибудь своё, проявлял выдающуюся талантливость, выступал не простым учеником, а передовым деятелем".

15
Аптека / Николай Владимирович Экк
« : 10 Декабрь 2021, 02:02:55 »
Николай Владимирович Экк

Ал.А. Курыгин, В.В. Семенов. Кафедра факультетской хирургии им. С.П. Фёдорова (зав. - академик РАН Н.А. Майстренко),
Военно-медицинская академия им. С.М. Кирова, Санкт-Петербург

Выдающийся русский хирург Николай Владимирович Экк родился в Санкт-Петербурге 9 ноября 1849 г. в семье известного профессора-терапевта Императорской Медико-хирургической академии В.Е. Экка.

После окончания гимназии и Императорского училища правоведения в 1866 г. Николай Экк поступил в Императорскую Медико-хирургическую академию, которую окончил в 1871 г. с отличием, золотой медалью и премией Буша, и стал первым выпускником академии, имя которого занесли на мраморную доску. В студенческие годы он проявил интерес к хирургии, самостоятельно выполнил три операции удаления гортанных полипов разной этиологии по методу Ф. Брунса и в 1871 г. написал работу "О полипах гортани", за которую на академическом конкурсе был удостоен золотой медали. На основании своего небольшого опыта он сформулировал ряд интересных предложений, которые позволили усовершенствовать инструменты для операций на гортани [4].

Н.В. Экк был оставлен в Медико-хирургической академии в должности ординатора госпитальной терапевтической клиники, которой руководил его отец, и одновременно работал экстерном при родовспомогательном заведении Петербургского воспитательного дома, совершенствуясь по хирургии и гинекологии. В 1872 г. Николай Владимирович был зачислен на службу в Военно-медицинское ведомство и стал военным врачом.

Н.В. Экк поражал современников разносторонностью своих научных и практических интересов. Ему принадлежат ряд особо ценных исследований по клинической и экспериментальной хирургии. Николай Владимирович по праву завоевал мировую известность не только как хирург, но и как физиолог и санитарный врач. "В каждой области медицины, за которую он принимался, - писал о Николае Владимировиче хорошо знавший его профессор Императорской Военно-медицинской академии Н.Я. Чистович, - он вносил что-нибудь своё, проявлял выдающуюся талантливость, выступал не простым учеником, а передовым деятелем".

В 1874 г. на заседании Общества русских врачей в Санкт-Петербурге Н.В. Экк продемонстрировал больную, которой удалил абдоминальным путём миому матки массой более 4,5 кг. Опухоль была удалена с оставлением шейки и нижнего сегмента матки. Это была первая в России удачная операция удаления матки. Ранее выполненные другими отечественными хирургами шесть подобных вмешательств (В.Ф. Грубе в г. Харькове в 1866 и 1869 г., Н.В. Склифосовским в г. Одессе в 1868 г., Я.А. Красовским в Санкт-Петербурге в 1868 и 1874 г. и И.О. Корженевским в Варшаве в 1869 г.) завершились летальным исходом.

В 1877 г. Н.В. Экк описал в "Военно-медицинском журнале" случай удаления большой интерстициальной миомы задней стенки матки путём вылущивания опухоли. Эта сложная операция явилась по сути первой успешной интерстициальной миомэктомией, описанной в мировой литературе, хотя к тому времени уже имелись несколько сообщений о подобных операциях. Однако в части случаев это были субсерозные миомы, которые не представляли оперативной сложности, а два наблюдения за больными с настоящими интерстициальными миомами завершились летальным исходом. В том же 1877 г. Н.В. Экк впервые в России удалил абдоминальным путём поражённую раком матку, о чём было сделано сообщение на заседании Общества русских врачей в Санкт-Петербурге. Таким образом, Николай Владимирович Экк внёс очень большой вклад в развитие оперативной гинекологии.

В 1877–1878 гг. Н.В. Экк участвовал в русско-турецкой войне в качестве хирурга дивизионного лазарета и полевого перевязочного пункта.

Н.В. Экк был образованнейшим врачом своего времени, учёным-энциклопедистом с мировым именем. Его личная библиотека насчитывала около 70.000 томов. Хирургическая деятельность д-ра Н.В. Экка относится в основном к 70–80-м годам XIX в. Это был период мощного подъёма в хирургии, которая обогатилась к тому времени учением об асептике и появлением наркоза. Н.В. Экк жил и работал в одно время с величайшими русскими хирургами, такими как Н.И. Пирогов, Н.В. Склифосовский, Н.А. Вельяминов. В протоколах заседаний Общества русских врачей в Санкт-Петербурге имя Н.В. Экка стоит рядом с именами Н.Д. Монастырского, К.Ф. Славянского, В.М. Флоринского, С.С. Яновича-Чаинского, А.А. Китера. Талант этого выдающегося хирурга проявлялся не только в высоком оперативном мастерстве, Николай Владимирович стремился в своей деятельности найти физиологический подход к разрешению и реализации своих идей. С этой целью он изучал физиологию и патологию, занимался экспериментальными исследованиями.

Именно благодаря блестящим экспериментам по наложению портокавального шунта Н.В. Экк во всём мире считается основателем хирургии портальной гипертензии. Общепризнано, что внедрение разгружающих портальную систему операций, заключающихся в тотальном, селективном или парциальном шунтировании крови из воротной вены в систему нижней полой вены у больных с портальной гипертензией, стало возможным благодаря работе Н.В. Экка, опубликованной в 1877 г. [1]. Работая в Императорской Медико-хирургической академии в лаборатории проф. И.Р. Тарханова, Н.В. Экк поставил перед собой сложную и интересную задачу: разрешить вопрос о лечении асцита при циррозах печени оперативным путём. Эта мысль возникла после опубликования в "Военно-медицинском журнале" сообщения Лаутенбаха "О новом отправлении печени", где автор писал о перевязке воротной вены у млекопитающих с целью изучения функции печени. Животные с перевязанной воротной веной, как правило, погибали в течение первых трёх часов после операции. При вскрытии этих животных Лаутенбах обнаруживал у них полнокровную селезёнку. В тех же случаях, где этого не наблюдалось, всегда имелась очевидная связь между одной из вен воротной системы и общим кругом кровообращения, например, отмечалось расширение околопупочной вены. Это сообщение навело Н.В. Экка на мысль о возможности устранения портальной гипертензии при циррозах печени путём создания искусственного соустья между воротной веной и одной из вен общего круга кровообращения. Наиболее выгодным с точки зрения топографии, по его мнению, является анастомоз портальной вены с нижней полой.

Н.В. Экк подробно описал технику выполнения портокавального анастомоза и доказал в эксперименте, что операция отведения крови из воротной в нижнюю полую вену вполне совместима с жизнью. Это было величайшим достижением того времени, которое открывало широкие перспективы для развития теоретических наук и практической медицины. Экковский анастомоз вскоре стал достоянием всех лабораторий физиологии, патологии, фармакологии. По выражению И.П. Павлова, эта операция стала "коллективной" в науке. Спустя 100 лет всемирно известный американский учёный Ch.Child в своих работах неоднократно ссылался на Н.В. Экка и признавал, что для хирургического лечения портальной гипертензии непревзойдённым и единственным классическим образом служит операция, предложенная великим русским учёным Н.В. Экком.

Н.В. Экк не смог оценить отдаленные результаты своей операции и сроки жизни животных, так как единственная его выздоровевшая собака сбежала из лаборатории, а Николай Владимирович был вынужден прекратить эксперименты в связи с направлением его в действующую армию на русско-турецкую войну. И.П. Павлов взял на себя разрешение этого вопроса. Работая в Институте экспериментальной медицины, он выполнил много портокавальных анастомозов, усовершенствовал технику операции и доказал на большом материале её жизненность. Поэтому данную операцию по
праву стали называть фистулой Экка-Павлова.

Несмотря на то, что Н.В. Экк обозначил свою работу, как предварительное сообщение, официально считается, что он больше никогда не продолжал исследования на эту тему. Вместе с тем, известно со слов его дочери Зинаиды Николаевны Экк, что в 1889 или 1890 г. им была выполнена операция наложения "экковского свища" женщине-кухарке (по её настоятельной просьбе) с синдромом портальной гипертензии и асцитом. Больная после операции поправилась, однако дальнейшая её судьба неизвестна. Сообщения об этом клиническом наблюдении в литературе не обнаружено.

Н.В. Экк является истинным отечественным пионером в хирургических вмешательствах на селезёнке и желудке. Так, впервые в России он выполнил спленэктомию при лейкемии в 1877 г., о чём было доложено на заседании Общества русских врачей в Санкт-Петербурге [2]. Николай Владимирович является также автором первой в России (1882) успешной резекции желудка по методу Бильрот-I (первая резекция желудка в России по этому методу была осуществлена 16 июля 1881 г. М.К. Китаевским в Петропавловской больнице в Санкт-Петербурге, но больная погибла через 6 ч. после операции). Пациентке, 35 лет, страдавшей раком привратника, Н.В. Экк удалил 7 см желудка и 2 см двенадцатиперстной кишки, сформировав анастомоз "конец в конец". На 4-й день после операции больная начала ходить и быстро поправилась. Интересно, что прежде чем сделать такую операцию в клинике, Николай Владимирович досконально изучил топографию желудка и произвёл такое вмешательство в анатомическом театре на трупе. "По моему мнению, - писал Н.В. Экк, - эта операция чрезвычайно изящная, во всяком случае полезна для больного и не настолько хитрая, насколько деликатная" [3]. Следует добавить, что удачной оказалась третья попытка Николая Владимировича выполнить резекцию желудка по поводу рака: первый больной погиб вскоре после операции, а у второго - опухоль оказалась нерезектабельной.

Через несколько месяцев после успешной операции больная была представлена на заседании Общества русских врачей в Санкт-Петербурге в мае 1882 г. В заключение своего сообщения Н.В. Экк писал:"При надобности вырезать желудок совместно с частью толстой кишки, причём пришлось бы удалить большую часть желудка, а равно в случае ракового перерождения большей части желудка без перехода на соседние органы, не следует делать свищ двенадцатиперстной кишки, как предложено Вельфлером. На тот конец, если бы оказалось невозможным стянуть отрезки желудка и кишки, следует дуоденум зашить наглухо и пришить к парс кардиака желудка часть тощей кишки, смежную с двенадцатиперстной, проводя её впереди ободочной кишки или сделав отверстие в мезоколон трансверзи. Последнее, по моему мнению, лучше"[3]. Совершенно ясно, что этими словами Н.В. Экк точно описал операцию, которая через три года (15 января 1885 г.) была сделана венским профессором Т. Бильротом и известна как способ резекции желудка по Бильрот-II. Несправедливо игнорировать блестящую мысль, высказанную русским хирургом ещё в 1882 г. Поэтому данный способ резекции желудка, который лежит в основе наиболее распространенных современных модификаций, должен называться резекцией по Экку—Бильроту.

Н.В. Экк активно оперировал в области рта и глотки. Он разработал новый метод стафилорафии, при котором вместо разрезов и "окровавлений" краёв он предлагал производить расщепление их в плоскости нёба, а вместо боковых швов Диффенбаха накладывать второй ряд швов для уменьшения натяжения. В результате достигалось полное закрытие дефекта, а рубцовое стягивание нёба устранялось растяжением его и приближением к задней стенке глотки. Об этом оригинальном щадящем способе Н.В. Экк сообщил в 1884 г. на заседании Петербургского хирургического общества. А через год, в 1885 г., он доложил коллегам об операциях в полости носа и некоторых новых приемах риноскопического исследования.

В 1880 г. Николай Владимирович вышел в отставку, расстался с военно-медицинским ведомством и перешёл на гражданскую службу: он стал практическим врачом, занимался вопросами здравоохранения и общественной санитарии. В 1884–1897 гг. служил врачом при домах и канцеляриях Министерства финансов, в Больнице экспедиции заготовления государственных бумаг, не бросал он и общественной санитарии. В 1883 г. его, как одного из немногих специалистов по вопросам общественной санитарии, назначили представителем правительства России в Международном санитарном совете в Александрии. Он провёл там более полугода, наблюдая за ходом холерной эпидемии в Египте и проводимыми противоэпидемическими мероприятиями.

В 1885 г. Н.В. Экк представлял Россию на Международной санитарной конференции в Риме, участниками которой были такие известные ученые, как Р. Кох (Германия), А. Гофманн (Австрия), А. Пруст (Франция), Ю. Молешотт (Италия), Г. Бергман (Швеция). В отличие от предыдущих международных санитарных конференций, проходивших в Константинополе и Вене, в Риме были приняты более продуманные решения, в выработке которых участвовал и Н.В. Экк. В числе рекомендаций, которые он представил в своём отчете, были, например, такие:"Санитарные меры составляют средство лучшее, нежели карантины... карантины доставляют сомнительную защиту от холеры, тогда как санитарные меры - защиту несомненную... Введение у нас оздоровления всей страны ... составляет нашу первую государственную потребность". Представленные Н.В. Экком рекомендации по профилактике эпидемии и борьбе с холерой и жёлтой лихорадкой приняла высшая тогда медицинская инстанция - Медицинский совет Министерства внутренних дел.

В это время Н.В. Экка интересовали, главным образом, вопросы общественной санитарии и борьбы с высокой смертностью населения России. В 1888 г. он защитил докторскую диссертацию "Опыт обработки статистических данных о смертности в России". Цензорами её были известные профессора: терапевт С.П. Боткин, гигиенист А.Н. Доброславин, терапевт В.А. Манассеин. Диссертация Н.В. Экка представляла собой материалы по статистике смертности, разработанные для учрежденной при Медицинском совете комиссии по вопросу о снижении смертности в России. Н.В. Экк активно собирал и анализировал эти материалы по 50 губерниям страны. "Я имел в виду ... открыть глаза ... на существо смертности, - писал он в заключение своей диссертации, - что она составляет сторону жизни в государстве, которую нельзя далее игнорировать, на которую следует обратить усиленное внимание, так как эта отрасль государственного хозяйства запущена у нас в России".

В начале 90-х годов Н.В. Экк оставил государственную службу и вновь вернулся к практической медицине: в 1897–1908 гг. он занимался частной практикой в Санкт-Петербурге. Научных исследований в области медицины он больше не проводил. [Возможно по следующей причине: "В книге "Опыт обработки статистических данных с смертности в России" (1888) Н.В. Экк, сопоставляя показатели общей смертности в среднем за 20 лет, не сумел критически оценить собранный материал, что привело к ошибочному выводу о том, что в России смертность росла, а в странах Западной Европы убывала". Г.И. Чертова. Демографический энциклопедический словарь. Советская энциклопедия. Главный редактор Д.И. Валентей. 1985.- Примечание Тымфа] Несмотря на постоянную занятость, Н.В. Экк до конца своих дней оставался очень чутким и душевным человеком. По воспоминаниям современников, он был одинаково доступен и для богатых, и для бедных. В его доме бедняк мог не только безвозмездно получить медицинскую помощь, но и средства на лечение, а также заботу и внимание. Жизнь Н.В. Экка оборвалась 2 апреля 1908 г. Он похоронен на Новодевичьем кладбище в Санкт-Петербурге. Имя Николая Владимировича Экка - крупного хирурга, врача и ученого, получившего мировую известность, по праву должно называться в числе выдающихся представителей отечественной медицины.

Библиографический список:

1. Экк Н.В. К вопросу о перевязке воротной вены // Воен.-мед. журн. 1877. Ч. 130, кн. 11, разд. 2. С. 1–2.
2. Экк Н.В. Сообщение о двух редких операциях: отсечение шейки матки выше свода и удаление лейкемической селезёнки: Протоколы заседаний врачей в СПб. СПб., 1877. С. 162.
3. Экк Н.В. Два случая чревосечения с целью резекции привратника: Труды Общества русских врачей в СПб. СПб., 1882. С. 257.
4. История Императорской Военно-медицинской (бывшей Медико-хирургической) академии за сто лет / Под ред. Н.П. Ивановского. СПб., 1898. 1156 с.

Сведения об авторах:
Курыгин Александр Анатольевич, Семенов Валерий Владимирович, кафедра факультетской хирургии им. С.П. Фёдорова, Военно-медицинская академия им. С. М. Кирова, Санкт-Петербург.

Страницы: [1] 2 3 ... 60